|
Молодые переселенцы не считают себя немцами
Ганновер (ОРНИС) - На улицах почти любого немецкого города можно встретить молодежь, приехавшую из России, Казахстана, Белоруссии, Украины. Одни учатся в университетах, приезжают на стажировки и сезонные работы, другие просто здесь живут. Но почти всем им смешаться с толпой коренных жителей мешают стиль одежды, слишком серьезные, даже мрачные, лица и растерянность в глазах
Жители Ганновера Дмитрий Блем и Евгений Вагнер - исключение из этого правила. Не признать в них европейцев очень сложно, ведь в Германию они эмигрировали еще совсем маленькими детьми. И тому, и другому было два года, когда родители увезли их из России. Сейчас обоим уже семнадцать. На родину они еще ни разу не возвращались.
- Я хочу съездить в Тольятти, - мечтательно говорит Женя, - я там родился. Обязательно бы сходил в дом, где жил, встретился с соседями. Вдруг они меня помнят? А еще у меня есть мечта - посетить автомобильный завод "Лада". Я видел эту машину в журналах, но хочется к ней прикоснуться, посидеть в салоне.
- А я бы обязательно отправился в свой детский сад, - говорит Дима, - нашел тех, с кем был в одной группе. Хотя, скорее всего, мы не будем знать, о чем говорить.
Навестить родственников в России у ребят не получится, все они давно перебрались в Германию.
Сложности интеграции в чужое общество и культуру прошли мимо парней. Родители сразу отдали их в сад для немецких детей, потом в такую же школу. Но всё равно получилось так, что большинство друзей Дмитрия и Евгения - эмигранты из России. Немцы до сих пор кажутся ребятам странными, а иногда даже смешными.
- Американский писатель Герберт Прокноу сказал: "Немцы живут, чтобы работать, в то время как все остальные народы работают, чтобы жить", - говорит Дима. - Мне кажется. что он прав. Эти люди постоянно в заботах, планы их деловых встреч расписаны на годы вперед!
Ну а как русскому человеку привыкнуть к тому, что дома мальчишки и девчонки обращаются к родителям не "мама" и "папа", а по именам? Даже немецким ночным клубам ребята предпочитают русские. Говорят, там веселее и музыка лучше. В наушниках плееров у обоих играет популярная группа "Фактор-2", ее участники - обосновавшиеся в Гамбурге эмигранты из России.
Дмитрий Блем и Евгений Вагнер в чём-то очень похожи друг на друга, хотя они вовсе не родственники. Даже у их родителей, не знающих друг друга, много общего. Мамы обоих парней до сих пор регулярно готовят обеды и ужины по-русски, отмечают старый Новый год и православное Рождество. Они оба изучают информатику, но на разных курсах. Отличаются взгляды юношей только в разговорах об их национальности, о девушках и о будущем.
- Я точно не немец, - говорит Дима, - хотя во мне и течет смешанная кровь. Дома меня окружают предметы из российского прошлого, родственники общаются между собой на родном языке, поэтому я - классический русский немец.
- Не знаю, что такое чувствовать себя русским, - говорит Женя, - я был слишком маленьким, когда эмигрировала моя семья. Наверное, я немец, хотя мне до сих пор кажется, что я чем-то отличаюсь ото всех местных жителей.
В вопросе выбора подруги все еще сложнее. Для Жени нет никакой разницы, с кем связать жизнь, с немкой или с русской. А вот Дима уверяет, что женится исключительно на переселенке из России, и его родители только "за".
После учебы Дима мечтает стать программистом в полиции. А Женя планирует пойти в армию, в Германии это даёт возможность получить стабильное место работы и высокую зарплату.
- А в русской армии хотел бы служить? - спрашиваю Женю.
- Нет! Я про нее столько ужасов слышал, - отвечает он, - хотя сериал "Солдаты" мне нравится, в такую армию я бы с радостью пошел. Но, думаю, в фильме мало правды.
Возвращаться в Россию юноши не собираются. Их семьи хорошо устроились в Ганновере. Родители одного, как когда-то на родине, преподают музыку в школе. У другого - трудятся на почте.
Напоследок прошу ребят назвать то, с чем у них ассоциируется Россия.
- Мультфильмы "Ну, погоди!", водка, Алла Пугачева и сериал "Бригада", - хором отвечают они.
Но не у всех русских парней и девушек получается так легко жить в Германии. Сводный брат Жени Вагнера эмигрировал десять лет назад, сейчас ему почти тридцать. Он до сих пор говорит по-немецки с большим акцентом и, не сумев найти подходящей работы, ушел в армию.
Студентка одной из Высших школ Ганновера Лилия Вебер, наоборот, отлично владеет немецким, получает высшее образование, но ждет не дождется, когда снова окажется в России.
- Я никогда не забуду день, когда мама сообщила мне: "Мы уезжаем в Германию. Навсегда", - говорит Лиля, - я и обрадовалась, и испугалась одновременно.
Тогда девушка уже окончила Новосибирский педагогический университет, особых планов на жизнь у нее не было, поэтому отъезду не воспротивилась.
- Мы уезжали за границу не за лучшей жизнью, как многие русские, - говорит Лилия Вебер, - в Сибири у нас было все: друзья, квартира, у родителей - работа. Мы, скорее, уезжали из рая, чем ехали в него.
В Германии Лиля с легкостью поступила в Высшую школу журналистики на специальность "связи с общественностью". И тем не менее жизнь здесь ей совсем не нравилась. Первые месяцы она не могла подойти на улице к прохожим и попросить о помощи - боялась и стеснялась. Приторный немецкий уют в парках и скверах скорее раздражал ее, чем радовал. Она переживала за отца - учителя русского языка, так и не сумевшего найти в Германии работу по специальности. В итоге он устроился на автомобильный завод. Младшей сестре Лилии было двадцать лет, она слабо владела немецким языком, поэтому пошла учиться на парикмахера. Только ее бабушка и дедушка, немцы из России, были здесь по-настоящему счастливы.
- Они эмигрировали, когда им было уже за шестьдесят, - вспоминает Лиля, - мы очень переживали, как они здесь устроятся. Но бабушка вскоре нас успокоила, сказав: "Какое счастье снова оказаться на родине".
С тех пор, как Лиля переехала в Германию, прошло два года. Сейчас ей двадцать пять. За это время она привыкла к стране, даже стала находить в своей "немецкой" жизни положительные стороны. У нее появилось несколько приятелей, но все они - эмигранты из Белоруссии, России и Украины. Общаться, а тем более дружить с немцами ей все еще тяжело.
- Я пересекаюсь с ними каждый день: на учебе, на улице, наши соседи тоже немцы, так как мы принципиально не захотели жить в русском квартале, - говорит Лиля, - но они очень странные - постоянно в стрессе. Немецкая молодежь воспринимает жизнь как борьбу, постоянно что-то друг другу доказывают. Они много учатся, даже слишком много, при этом шутят: "Отдохнем на пенсии". Наверное, они стали такими из-за безработицы, боятся остаться не нужными на рынке труда.
В самые трудные минуты Лиля до сих пор ищет помощи у своих русских друзей - звонит в Новосибирск. Говорит, они настоящие и открытые, не то, что замкнутые немцы.
Лиля чаще остальных членов своей семьи летает домой, в Россию. В аэропорту ее всегда встречает тетя - единственная не эмигрировавшая родственница. Этим летом девушка снова собирается в Новосибирск - проходить практику. У нее есть возможность устроиться на одну из фирм Ганновера, но этот вариант Лиля даже не рассматривает.
- Не уверен - не уезжай! - говорит девушка, - теперь это моя любимая поговорка. Не стоить думать, что для русских эмигрантов, в том числе молодых, в Германии заканчиваются все проблемы. Увы, здесь они только начинаются.
|
ФОРУМ 
Избранное: 0
Украина
мужской
467254553
